Конец восьмидесятых. Воздух гудит от разговоров о перестройке, но на окраинах больших городов жизнь идет по своим, жестоким законам. Старый порядок трещит по швам, а нового еще нет. В этой неразберихе подросткам приходится самим искать опору и ответы на вопросы, которые не задают взрослые.
Тихий и нерешительный Андрей каждый день по дороге в школу учится осторожности. Его мир — это подворотни, за которыми слышны чужие голоса, и длинные дворы, где чужака сразу замечают. Здесь не действуют школьные правила, здесь важно не встретиться взглядом с теми, кто считает эти улицы своими. Выживание — это ежедневный урок, который преподает сама жизнь.
Его друг Вова чувствует эту тревогу иначе. Ему тесно в четырех стенах, будущее кажется размытым и пугающим. Шум города, полный неясных обещаний и таких же неясных угроз, затягивает его на улицу. Это единственное место, где он чувствует, что что-то происходит по-настоящему. Но и здесь нет простых решений, только право сильного и границы, отмеченные не на карте, а в понимании местных пацанов.
Молодежь тянется друг к другу, образуя свои племена. Двор на двор, район на район. Эти стихийные союзы — попытка найти защиту, почувствовать силу и принадлежность к чему-то большему, чем собственная неуверенность. За каждый угол, за каждую спорную площадку идут свои, невидимые постороннему, войны. Сила и умение постоять за своих становятся главной валютой в этом новом, диком мире.
В центре этого водоворота остается одно незыблемое — слово, данное другу. Среди общей неустроенности, предательства взрослых и меняющихся правил игры, эта верность становится тем стержнем, на котором держится все. Обещание, скрепленное не бумагой, а взглядом, оказывается крепче страха и сильнее любого кулака. Это тот самый закон, который они выбирают сами, единственный, которому готовы подчиниться безоговорочно. В мире, где все рушится, только это имеет настоящую цену.
